fedotov1384 (fedotov1384) wrote in eot_su,
fedotov1384
fedotov1384
eot_su

Тысячелетнее Царство: из истории информационных войн

Оригинал взят у ilya_yu в Тысячелетнее Царство: из истории информационных войн
Статья опубликована на сайте eotperm.ru.

Вот уже почти две тысячи лет в христианском богословии не утихает спор о так называемом «хилиазме». Всякий внутрицерковный спор разрешается Церковью как целым: церковная «истина» не устанавливается указами и предписаниями – она закрепляется в церковном Предании, всем необозримым множеством церковных традиций (устных, книжных, литургических, иконографических). Христиане исходят из того, что истина раскрывается лишь в церковной жизни, в её полноте. Однако история церкви, история веры имеют и «светский» смысл, высокую общественную значимость. Обращаясь к вопросу о хилиазме, я хочу понять именно общественную значимость этого вопроса, увидеть этот спор не в свете мистической истины, а как факт европейской духовной традиции. Интерес к «хилиазму» побуждается сегодня хотя бы тем фактом, что «хилиастическая идея» считается колыбелью социальных утопий. Именно за это, кстати, «хилиазм» подвергается суровому порицанию не только со стороны церковных авторитетов, но и со стороны философов.

Спор о хилиазме есть церковный спор об исторических судьбах человечества и Истины на земле. Вера в Тысячелетнее Царство Христа на земле есть вера в саму землю, в возможность исторической победы идеала. Отрицание Тысячелетия земного есть признание неразрешимости противоречий между историческим бытием и Истиной: последняя торжествует лишь после истории, в вечности. Впервые данная в пламенных видениях Иоанна Богослова, смутно различимая среди тревожных и темных смыслов Апокалипсиса, мечта о Тысячелетии явилась радикальным оправданием истории. Разумеется, вера в Тысячелетие – лишь одна из форм христианства огненного, сражающегося за историю, за Правду на Земле. Вера эта не разделяет христиан на пассивных и активных, «спящих» и «бодрствующих». Но именно «хилиазм» всегда был одним из самых накаленных, мобилизующих, огненных учений внутри христианской церкви. Потому история идеи о Тысячелетии так запутана многочисленными спорами и интерпретациями.

Редко обращаюсь к энциклопедическим словарям, но в данном случае это удобно, и отсылаю я не к Википедии, а к словарной статье, написанной для 5-томной «Философской энциклопедии» Сергеем Сергеевичем Аверинцевым – выдающимся знатоком христианской культуры:

«ХИЛИАЗМ – вера в "тысячелетнее царство" бога и праведников на земле, т.е. в истории, материализацию мистически понятого идеала справедливости. Эта вера основывалась на пророчестве Aпокалипсиса: "И увидел я престолы, и сидящих на них, которым дано было судить, и души обезглавленных за свидетельство Иисуса и за слово Божие, которые не поклонились зверю, ни образу его... Они ожили и царствовали со Христом тысячу лет" (XX, 4). В этом пророчестве, как и во всем X., отчетливо ощущается мотив компенсации обществ. неправды, характерное уже для ветхозаветных пророков умозаключение от невыносимости настоящего к возмещению крови и слез в будущем: притом эта компенсация должна произойти не вне человеч. истории (в "царстве небесном"), но внутри ее, ибо иначе история потеряла бы для жаждущих возмездия приверженцев X. свой смысл. Типологически и генетически христ. X. связан с иудейско-раввинич. учением о земной державе мессии, в к-рой воскреснут и получат тысячекратное воздаяние за свои муки все праведные страдальцы (Арос. Baruchi XXLX, 5, и др.; ср. такие же мотивы в исламском учении о махди). Представителями X. были Папий (нач. 2 в.) и иудействующий гностик Керинф (2 в.). Церковь преодолевала X. по мере своего отхода от ближневост. понимания теократии и своей эллинизации; осуждение X. последовало в 255 г. в Александрии, прибежище философско-аллегорич. истолкования Нового завета. Новое мистич. осмысление истории, уже не нуждающееся в X. (ибо оно приравнивало метаисторич. торжество правды к историч. торжеству неправды), дал Августин ("О граде божием"). Однако в дальнейшей истории христианства X. не раз претерпевал возрождение: следует особо отметить учение Иоахима Флорского о царстве св. духа. <…> В капиталистич. эпоху X. замещается в своих функциях мирской социальной утопией, к-рая отчасти усваивает и структуру X., его образы и т.п.».

В отличие от многих авторов, С.С. Аверинцев понимает, что хилиазм – это оправдание истории, а именно – радикальная (и не единственная для христианства) форма оправдания истории. Понимает он и то, что самым сильным оппонентом хилиастической идеи был Бл. Августин, предложивший «умеренную» форму оправдания истории. Потому Аверинцев и не упоминает ряд других церковных писателей, которые выступали против учения о Тысячелетии. Наш великий филолог допускает, однако, ряд неточностей – точнее, воспроизводит все основные мифы «антихилиастической» пропаганды.

Миф №1. «Хилиазм» и «приверженцы хилиазма». Слово «хилиазм» изобретено для обозначения как бы некоторой «ереси», у которой есть свои «приверженцы». Между тем, никакого «хилиазма» как организованного еретического движения никогда не было – были христиане, которые понимали пророчество ап. Иоанна буквально. Кличка «хилиасты» придумана в ходе борьбы с этой верой, она производит фантом – никогда не бывшее учение, течение, школу. «Хилиазмом», «милленаризмом» (латинское название) отмечены, в частности, массовые, народно-религиозные настроения средних веков, о чем свидетельствуют крупнейшие ученые-медиевисты, например, Жак Ле Гофф. Вера в Тысячелетие жила в соборной Церкви, а не в узком круге еретиков. Характерна фраза Аверинцева: «В этом пророчестве, как и во всем хилиазме, отчетливо ощущается…». Что такое «весь хилиазм»? Возникает впечатление, что речь идет о какой-то системе взглядов. Между тем, такой системы внутри православия нет и быть не может, поскольку вера в Тысячелетие вполне органично существовала в системе христианского мировоззрения. Разделявшие эту идею не отделяли себя от других христиан, не пользовались термином «хилиазм» – его использовали именно их оппоненты. В итоге термин «хилиазм» укрепился, и я буду его употреблять в дальнейшем с известными оговорками: «хилиазмом» можно назвать идею о грядущем Царстве Христа на Земле, опирающуюся на буквальное толкование 20-й главы Апокалипсиса. Понимание «хилиазма» как особого внутрицерковного или внецерковного движения/учения, в сущности, ничем не обосновано. Правильно говорить о некотором богословском мнении, которое посредством специального термина подавали как «ересь».

Миф №2. «Представители хилиазма». Аверинцев назвал Папия Иерапольского и Коринфа среди ранних «представителей хилиазма». Список «хилиастов», однако, должен быть расширен – и мы узнаем нечто поистине интересное. Первым «хилиастом» следовало бы назвать ап. Иоанна Богослова, назвать предположительно – со скидкой на возможность читать Апокалипсис «аллегорически». Непосредственно же высказывался о грядущем Царстве ап. Варнава – один из семидесяти апостолов Христа. Упомянутый св. Папий Иерапольский был учеником ап. Иоанна; веру в Тысячелетие исповедует св. Иреней Лионский – ученик св. Поликарпа Смирнского, еще одного ученика Иоанна Богослова. Всё это лица, близкие к первоапостольской общине, близкие к самому Иоанну Богослову. Веру в Тысячелетие разделял св. Иустин Философ – первый (после апостолов) христианский апологет и прославленный Церковью мученик за Христа. Из «хилиастов» позднейшего времени назовём св. Непота Египетского (II – III вв.), св. Ипполита Римского (III в.), св. Мефодия Патарского (III в.). Это далеко не полный список христианских святых и православных авторитетов, в сочинениях которых прослеживается вера в Царство Христово на Земле. Верили ли в Тысячелетие гностик Керинф или, скажем, еретик Аполинарий Лаодикийский? Да, и они разделяли эту веру – по-своему.

Свидетельства святых отцов о Тысячелетии собрал и подробно рассмотрел священник Борис Кирьянов в своей книге «Полное изложение истины о Тысячелетнем царстве Господа на Земле» (СПб., 2001). В той же книге приводятся тексты ветхозаветных пророков, находящиеся в полном согласии с учением о Тысячелетии, а также выдвигается предположение, что учение это было, так сказать, внутренним, сокровенным знанием апостолов; следы этого знания Борис Кирьянов прослеживает, в частности, в сочинениях ап. Павла. В своих изысканиях Борис Кирьянов опирается на исследования русской церковно-исторической школы Василия Васильевича Болотова (в частности, на труды В.В. Четыркина и А.И. Сагарды) и прекрасно при этом ориентируется в первоисточниках. Оппоненты «новохилиазма» (они уже пытаются ввести в оборот очередную уничижительную кличку для современных сторонников Тысячелетия) отмечают, что в текстах прославленных отцов хилиазм не выступает как сквозная идея, они не посвящали ему больших трудов. На мой взгляд, это доказывает лишь то, что никакой системы хилиазма нет, а есть мнение по одному вопросу – и вопрос этот всегда обсуждался деликатно, в нем всегда допускалась великая неопределенность. И это основная черта христианского «утопизма», отличающая его от «утопизма» иудейского и мусульманского, о чем как раз и пойдет речь далее.

Миф №3. Иудейско-раввинические корни «хилиазма». Действительно, хилиастическая идея перекликается с иудейским мотивом ожидания мессии (Машиаха) и установления его царства на земле. И непосредственным источником этой идеи, вероятно, была иудейская традиция. Однако же, как Церковь относится к иудейской традиции? Обычно – с великим почтением, разделяя с иудеями многие идеи. Само христианство формировалось во взаимодействии эллинской и иудейской культур. Оно призвано было преодолеть разделение на иудеев и эллинов, создать новое царство, в котором «несть ни еллин, ни иудей». Эту задачу блестяще решал Иоанн Богослов. Его Апокалипсис по стилистике близок иудейским апокалипсисам и пророческим писаниям, в нем горит дух пламенной иудейской веры. А в Евангелии Иоанн говорит на языке эллинов, давая новую трактовку базовому термину эллинской философии – Логосу («Слову»). Иоанн не иудей и не эллин – он христианский писатель, черпающий из двух традиций. Как христианское «Слово» взято у эллинов, так и христианское «Царствие» взято у иудеев – и в обоих случаях ему придан иной смысл. Иудействующие еретики – такие как Аполинарий Лаодикийский – спешили придать Тысячелетию земные, конкретные очертания. Напротив, в Апокалипсисе, а также у Иустина Философа, Иренея Лионского и других христианских богословов, Тысячелетие едва упоминается, оно ещё сокрыто от разумения, о нём говорят осторожно – не предписывая замыслу Творца каких-либо ограниченных представлений. Церковь с самого начала стремилась удержать новое понимание исторического времени, текущего бытия, освещенного живой истиной, бытия в Духе – и потому она противилась к скатыванию в иудейский историзм, лишенный этого невыразимого чувства пребывания во Христе, живого контакта времени и вечности.

Миф № 4. Осуждение «хилиазма». Аверинцев не воспроизводит ошибочного мнения, что «хилиазм» осужден II и VI Вселенскими Соборами. Он точно указывает координаты некоторого события, по-видимому, имевшего место: Александрия, 255 год. Речь идёт о диспуте Дионисия Александрийского с «хилиастами», на котором, как указывает сам Дионисий в книге «Об обетованиях», ему удалось переубедить своих оппонентов. Саму книгу Дионисия мы знаем только в извлечениях, сделанных Евсевием Кесарийским и не можем в точности судить об аргументации св. Дионисия. Диспут этот иногда подается как поместный собор, но вряд ли он являлся таковым по форме, содержанию или по результатам. Отметим: «осуждение» звучало не на вселенском соборе, а на предполагаемом поместном, на котором состоялся спор блестящего православного мыслителя с христианами, отстаивавшими идею о Тысячелетии. В этом диспуте Дионисий одержал победу, о чем поведал главный церковный историк древности Евсевий Кесарийский. Считать результаты этой победы соборным осуждением «хилиазма» оснований, по-видимому, нет. Между тем, ссылки на это «осуждение хилиазма» постоянно встречаются в богословских и философских трудах. Весьма похоже на сознательную манипуляцию, которая «пошла гулять» по специальной литературе.

Противники хилиазма указывают также на решения II и VI Вселенских Соборов. Однако свидетельств осуждения «хилиазма» соборами не находим ни в «Правилах веры» (содержащих соборные постановления), ни, например, в глубоком исследовании А.В. Карташева «Вселенские соборы» (первое издание – 1963 г.). На II Соборе, однако, осуждению подверглось христологическое учение Аполинария Лаодикийского, который также исповедовал «хилиазм» - в упрощенном, приземленном варианте. Но о «хилиазме» Аполинария соборное постановление ничего не сообщает. А на VI Соборе к символу веры добавлены слова: «… Его же царствию не будет конца», которые критики «хилиазма» истолковывают как опровергающие идею о только «тысячелетнем» царстве. Однако же, чем противоречит идея тысячелетнего Царства Христа на земле вере в вечное царство Его после конца времен?

Базовые антихилиастические тезисы как система аргументов вошли в церковное употребление благодаря пятитомному труду Макария Булгакова «Православное догматическое богословие» (1852). Этот выдающийся богослов внес значительный вклад в русскую церковную ученость и имеет несомненные заслуги перед православной Церковью. Однако же, нельзя не обратить внимания на следующее.

Мне известны два сильных и бесспорных антихилиастических аргумента: 1) учение о Тысячелетии не закрепляется в церковном Предании (нет его ни в трудах Отцов Церкви классического периода, ни, скажем, в иконографии или литургии), 2) существует очень глубокое и цельное толкование 20-й главы Апокалипсиса, отвергающее «хилиазм» и принятое подавляющим большинством богословов. Этих аргументов, в сущности, достаточно для убедительной внутрицерковной полемики с хилиазмом. Однако же, эти аргументы не позволяют поставить точку в вопросе, ибо Предание живет и раскрывается во времени, а «хилиастическая» концепция имеет свою убедительность и своих сторонников. Церковь, по сути, должна отнестись к «хилиастической идее» как к допустимому богословскому мнению, предостерегая, однако, от впадения в иудейский мессианический историзм, в банальную трактовку Тысячелетия как простого благоденствия в теократическом государстве. Однако в дополнение были изобретены весьма странные аргументы:

-- на первый план выдвигались еретики, исповедавшие «хилиазм», зато обходились церковные авторитеты, свидетельствовавшие о Тысячелетии;
-- давались ссылки на соборные решения, достоверность которых не подтверждается;
-- идея Тысячелетия смешивалась с иудейским мессианизмом, отождествлялась с некоей плотской, примитивной утопией.

По-моему, это похоже на сознательные манипуляции и фальсификации. Я не берусь решать, какое место должен занять «хилиазм» внутри церковного предания, – я лишь указываю, что налицо факт использования некоторой пропагандистской технологии. Бессмысленно отрицать, что Церковь отнеслась к идее Тысячелетия подозрительно и всегда предпочитала обходить этот вопрос. Бессмысленно отрицать, что Предание не говорит нам почти ничего о Тысячелетии, а богословие предлагает по большей части августиновскую историософию. Но знаменателен выявленный факт целенаправленной и весьма изощренной пропаганды. Мы можем утверждать, что внутри Церкви существует своего рода «антихилиастический заговор»; имею в виду не какой-то тайный орден, а молчаливое соглашение ряда церковных деятелей по этому вопросу, действовавшее в течение многих веков.

Чтобы понять, какая сила пытается без остатка изъять Тысячелетие из Предания, стремится «зачистить» хилиастическую идею, какая идеология движет этой силой, какую альтернативу эта сила выдвигает – чтобы понять это, нужно рассмотреть целый ряд эпизодов: отношение св. Дионисия Александрийского к Апокалипсису Иоанна Богослова, фигуру Евсевия Кесарийского и его роль в этой истории, политическое и стратегическое значение августинианской историософии, характер и направленность сочинений Макария Булгакова, вспышки «антихилиастической» войны в XX и XXI веках. Сюжетам этим стоит, однако, посвятить отдельную статью.

Tags: Пермь
Subscribe
promo eot_su february 26, 2015 13:13 43
Buy for 10 000 tokens
25 февраля — 40 дней со дня гибели наших товарищей. В этом номере газеты их последний бой и их самих вспоминают боевые друзья. памяти наших товарищей Игоря Юдина, Евгения Белякова и Евгения Красношеина, героически погибших при защите Донецка 17 января 2015 года Вольга, командир Отдельной…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments