?

Log in

No account? Create an account

eot_su


Сообщество «Суть времени» в Livejournal


Previous Entry Поделиться Next Entry
О торговле детьми. 1 часть.
Latvjustrelnieki
maksim_kot wrote in eot_su

Предлагаю перевод статьи о торговле детьми, ювенальном правосудии, педофильском лобби и прочих мерзостях типичного либерального общества... Берегите детей!
(материал объёмный - в 2-х частях, большинство ссылок на ресурсы на латышском языке) --  maksim_kot

О торговле детьми.
Иварс Прусис


Торговля детьми – один из самых аморальных и в то же время выгодных бизнесов, сравнимый с торговлей наркотиками и оружием. Поскольку торговцы детьми в Латвии очень влиятельны как экономически, так и политически (в торговлю детьми вовлечены многие известные высокопоставленные политики, руководство сиротских судов, руководство административных судов, представители прокуратуры и др.) и их деятельность становится всё более бесстыдной, вкратце опишу как это всё происходит.

Торговлю детьми можно условно разделить на легальную и нелегальную. При нелегальной торговле дети просто похищаются. Такой способ добычи детей существовал уже в советское время. Как пример, приведу один случай произошедший в конце 80-х годов. В Старой Риге в светлое время суток у матери пропал ребёнок. Мать на короткое время отвлеклась от ребёнка, после чего ребёнка рядом уже не было. Хватившись ребёнка, мать увидела, как чужая женщина быстрым шагом куда-то уводит её ребёнка. Она подбежала и спросила куда и почему водят её ребёнка, на что незнакомая женщина пробормотала, что подумала, что ребёнок потерялся, и быстро ушла. Примерно так происходит похищение ребёнка. Следует, однако, добавить, что чаще всего похищаемых детей присматривают заранее.

В свою очередь при легальной торговле детьми их усыновляют (преимущественно – заграницу), и именно этот вид торговли детьми набирает обороты, как на Западе, так и в Латвии. Один из аргументов, которыми прикрываются торговцы детьми, многих тем самым одурачивая, следующий: усыновляемому ребёнку так будет лучше, у него улучшатся материальные условия, будет лучшая жизнь и т.д. И даже если надо для этого преодолевать какие-то бюрократические препятствия и платить, то ничего страшного в этом нет, всё ведь делается для блага самого ребёнка. В Голливуде даже сняли разрывающий сердце фильм, пропагандирующий торговлю детьми (The Tall Man, 2012) и повествующий о чутких и полностью положительных похитителях детей, которые делают это ради самих детей и потом отдают в хорошие семьи, в которых детям, конечно же, лучше, чем в родных. В реальной жизни это далеко не так, реальность не розовая, а очень даже ужасная, поэтому ввязываться в торговлю детьми, её оправдывать и допускать – высшая степень аморальности.



  1. Покупатели детей.

1.1. Семьи, у которых не может быть детей. Из-за перенасыщенного гормонами и е-добавками продовольствия, нездорового образа жизни и других причин на Западе быстро растёт число людей, в том числе в богатых и элитарных кругах, у которых не может быть детей. Из всех покупателей детей эти, условно, самые нормальные. В этих семьях детям лучше всего (по сравнению с остальными случаями), и именно такие семьи торговцы детьми выбирают в качестве образцов при проведении проверок и для оправдания и пропаганды своей деятельности

Однако, даже при таком усыновлении, за исключением редких случаев усыновления младенцев, попадание ребёнка в иностранную семью – серьёзный стресс для него, так как он попадает в совсем чужую среду, теряет друзей, знакомых, свою идентичность (национальность и даже имя). К тому же не во всех таких семьях здоровый микроклимат – настоящая любовь и забота подменяются холодными, формальными, основанными только на материальном достатке отношениями. На Западе широко распространено мнение, что главное – обеспечит ребёнка материально. В большой степени из-за влияния таких взглядов и такой политики государства существует достаточно много семей, которые обеспечивают ребёнка материально, но в которых нет простого человеческого тепла. И если в такую семью попадает ребёнок, который когда-то знал такое тепло, он будет несчастен, а его новые родители будут неудовлетворенны его «неблагодарностью».

1.2. Искатели пособий и бесплатной рабочей силы. Во многих западных странах стимулирование усыновления привело к абсурдной ситуации, когда усыновлять чужих детей выгоднее, чем иметь своих. Распространены случаи, когда детей усыновляют только для того, чтобы получить дополнительные пособия и использовать их как бесплатную рабочую силу. В таких семьях ребёнка изнуряют работой и к нему относятся как к дешёвой рабочей силе.

1.3. Извращенцы. Гомосексуалисты, педофилы и тому подобные моральные уроды усыновляют (покупают) детей для удовлетворения своих извращений. Например, шведские социальные работники в неформальном общении рассказывают, что в отдельных богатых районах с детьми происходят ужасные вещи, но они не могут помочь из-за недостатка доказательств, а также богатства и влиятельности извращенцев. Много извращенцев также в США, и, поскольку у них там много денег и власти, Америка – главный рынок сбыта для торговцев детьми со всего мира.

1.4. Представители детской проституции и порнобизнеса. Детей покупают (то есть усыновляют) также с целью использования в проституции и порноиндустрии. Поскольку вместе с усилением вседозволенности выросло и продолжает расти количество этих уродов, поскольку среди них достаточно состоятельных и влиятельных людей и поскольку этот промысел всё ещё нелегальный, в этом «бизнесе» вращаются очень большие деньги. Наглядным примером здесь может служить и Латвия, где в 1999-м году была вскрыта одна из сетей подобного типа, маскировавшая свою деятельность вывеской модельного агентства и детей туда затягивали обещаниями лёгких и для них больших денег. Детям сначала говорили, что их только сфотографируют, но затем многие из них были изнасилованы прямо перед камерой, а записи этого были выложены в интернет и доступны за большие деньги. При расследовании одного конкретного случая была установлена причастность к этому делу целого ряда самых высших должностных лиц Латвии. В рамках «педофильского скандала» имена этих выродков были названы публично (Валдис Биркавс – тогдашний министр иностранных дел, бывший Премьер-министр Латвии, Андрис Шкеле – тогдашний Премьер-министр Латвии, Андрей Сончик – тогдашний руководитель государственной налоговой службы), но, к сожалению, влияние этих кругов оказалось сильнее и следствие было остановлено, закончившись практически ничем (по словам людей, причастных к следствию, решающая роль в затушёвывании этого дела принадлежало тогдашнему президенту Вайре Вике-Фрейберге, которая, под угрозой опубликования информации о гомосексуальности её сына, потребовала, чтобы все материалы следствия были переданы в генеральную прокуратуру, которой в то время руководил один из педофилов (прим. - в 1999 году руководителем генеральной прокуратуры Латвии был Янис Скрастиньш).

1.5. Военные и террористические организации. Дети широко используются также при ведении боевых действий. Если взрослого солдата надо специально и долго обучать, ему надо много платить, его надо жёстко контролировать и он всё равно будет стараться избегать смертельно опасных ситуаций, то с детьми это не так. Детей сравнительно легко и быстро можно превратить в безжалостных убийц, ребёнка легко контролировать, ему мало надо и он не боится смерти. Широко известно, что в военных конфликтах в Азии и Африке широко используются дети. Кроме того существуют организации, которые или в каких-то далеко идущих целях или с целью «бизнеса» с раннего детства «воспитывают» безжалостных высококлассных убийц.

1.6. Торговцы органами. Для официального проведения трансплантации органа надо долго ждать и положительный результат не гарантирован. Это связано с тем, что легальных органов для трансплантации мало и они могут быть несовместимы с конкретным пациентом. Для проведения трансплантации можно использовать только живые органы, поскольку после остановки сердца органы теряют качества и не годны для пересадки. Однако, заплатив очень большие деньги (в отдельных случаях даже миллионы), больной может получить любой необходимый орган в любой точке мира за 24 часа. Разумеется, такая «услуга» доступна только очень состоятельным и влиятельным людям, и её осуществляют, похищая людей и полностью «разбирая» их на органы после получения «денежного» заказа. Заказать можно и детские органы, и соответственно есть дети, которых таким образом «разбирают».

13-го сентября 2005 года Латвийское ТВ передало видеосюжет о происшествии в США, где местная полиция обнаружила, что усыновитель одиннадцати детей (многие из которых с душевными болезнями) содержит их в нечеловеческих условиях в высоких металлических клетках размерами метр на метр (www.youtube.com/watch?v=5dcVjqrZBhg). Примерно в таких же условиях содержатся люди до получения «заказа» и доставки в пункт «разделки».  На следующий после показа сюжета день Рижский центр защиты прав ребёнка запросил у ЛТВ копию этого сюжета и получил отказ. Используя неофициальные личные связи, сюжет всё же удалось достать и выяснить, что сразу после передачи на ЛТВ позвонил тогдашний министр внутренних дел Эрик Екабсон и потребовал изъять этот сюжет из архивов. Это, в свою очередь, означает, что в задержанной в США «семье» были также дети из Латвии.

1.7. Другие. Вышеупомянутые группы покупателей детей не исчерпывают весь список, однако они являются определяющими и осуществляют наибольшую часть усыновлений.

  1. Откуда берут детей для легальной торговли.

В первую очередь продаются попавшие в беду дети, потерявшие родителей или изъятые из семей и о которых родители не интересуются. Поскольку у таких детей нет ни одного защитника и до них никому нет дела, их усыновление легче всего обосновать, а риск того, что кто-нибудь позже поинтересуется судьбой ребёнка, минимален.

Также усыновляются дети у которых родители есть, они даже не бросили детей, но не могут обеспечить самые элементарные нужды ребёнка, из-за чего у них отняли родительские права. Чаще всего это связано с критически плохим материальным положением родителей (совсем нет денег, выселили на улицу), однако есть случаи, когда родители сознательно не заботились о детях.

Есть случаи, когда родители сами согласны продать своих детей.

И, наконец, в последнее время по всему миру участились случаи отъёма детей у родителей на основании формальных или полностью сфабрикованных причин. Требования законов о защите детей достаточно общие и расплывчатые, чтобы их можно было широко и произвольно интерпретировать, что и делается. В таких случаях – откровенно во вред семье и ребёнку. Жертвой таких действий может стать любая семья, попавшая в поле зрения соответствующих структур и недостаточно сильная, чтобы себя защитить. В качестве жертв обычно выбираются слабые и бедные семьи из низов общества, хотя бывают и исключения, особенно в случае политических и экономических конфликтов.

Поэтому можно утверждать, что жертвой торговли детьми может стать любая семья, даже если сейчас она успешна и материально обеспечена. И чем сильнее будут себя чувствовать торговцы детьми, чем меньше сопротивления они будут встречать, тем больше будут расти их аппетиты и тем больше семей это затронет.

  1. Как это происходит?

В Латвии есть множество группировок, занимающихся торговлей детьми, и в результате их деятельности образовалась система торговли детьми, включающая в себя юристов, политиков, руководство сиротских судов, прокуратуру, судей, полицейских, психологов и других лиц. Главный двигатель системы – деньги, и она, не встречая сопротивления, расширяется с каждым должностным лицом, которое за деньги помогает уладить то или иное дело. Последней государственной структурой, реально боровшаяся с торговлей детьми в Латвии, был Рижский центр защиты прав детей, который был ликвидирован в конце 2009 года в соответствии с распоряжением мэра Риги Нила Ушакова.

Торговцы детьми как работают по заказу, так и сами предлагают свой «товар». Предлагают тех детей, о которых достаточно точно известно, что их можно будет усыновить за границу. Раньше в интернете полностью открыто публиковались объявления, в которых предлагалось усыновить детей из латвийских детских домов, давались фотографии детей, их описание и цена усыновления. В настоящий момент столь открытая практика прекращена, и обмен информацией такого рода происходит в закрытом доступе. Активнее всего торговцы детьми действуют по заказу. От иностранных заказчиков приходит информация о том, какой именно ребёнок требуется, и латвийские «торговцы» начинают активный поиск соответствующего заказу ребёнка в уже проверенных «вовлечённых в систему» детских домах, сиротских судах, социальных службах и у людей, которых можно назвать «дилерами».

«Дилеры» стараются находиться в среде, где есть дети или через которую можно попасть к детям или же ищут контакты с детьми и их родителями, подлащиваются к детям, угощают их сладостями, дают всякие мелочи, активно интересуются личной информацией о ребёнке и его родителях – материальным положением, родственниками, здоровьем, фотографируют детей. Широко распространена торговля детьми при посредничестве религиозных организаций. Многие «дилеры» – священники, выдают себя за таковых или активные члены общины, прикрывающиеся несением слова божьего и желанием помочь, но на самом деле собирают информацию о потенциальной жертве и, в случае получения заказа, помогают отнять ребёнка у семьи. Есть случаи, когда, для маскировки и внушения большего доверия, у «дилеров» есть «свои» дети, которые, скорее всего, не их родные. Поскольку главный рынок сбыта детей – США, активнее всего на этом поле действуют секты США и люди, получившие в США религиозное «образование» и у которых есть связи в этой стране.

Главные и находящиеся на виду технические исполнители конкретных заказов  – юристы, «специализирующиеся» на делах по усыновлению. Например, в Латвии хорошо известен Бруно Либерт. Юристы в каждом конкретном случае не только улаживают юридические вопросы, но и служат посредниками при договоре о сделке, а также передают деньги вовлечённым в дело должностным лицам: судьям, работникам прокуратуры, руководству сиротских судов и прочим. В свою очередь оплата от клиента (усыновителя) часто оформляется как оплата всевозможных дополнительных услуг, например, перевода, сопровождения, консультаций и т.д. за астрономические суммы.

С одной стороны, факт торговли детьми очень сложно доказать. Но поскольку для посредников–«дилеров» в торговле детьми  вообще не существует соответствующей статьи в криминальном кодексе и поскольку деньги получаются за другие услуги, торговцы детьми остаются юридически ненаказуемы. Остаётся только «моральная» сторона этого «бизнеса», но, поскольку им обычно занимаются моральные уроды или же люди, которые, начав это делать, быстро такими становятся, то и это – не препятствие.

Торговля детьми тесно связана с другим бизнесом – бизнесом детских домов, которые, говоря современным языком, отданы в «аутсорсинг» и находятся в частных руках. Этому бизнесу необходимо наличие в детских домах детей, за содержание которых государство платит детскому дому и которые используются как прикрытие для получения гуманитарной помощи, материальной помощи или денег от спонсоров.

Работа со спонсорами, как и любая «благотворительность» в Латвии, – особый «бизнес» по изъятию денег из официальных организаций на личные/неофициальные нужды, параллельно получая ещё и налоговые льготы. Представитель спонсора официально вносит пожертвования в хорошо знакомую ему спортивную или благотворительную организацию и получает за это налоговые льготы, а также уже неофициально получает назад часть пожертвованных денег от представителей «благотворительной» организации, которые, в свою очередь, также кладут в свои карманы часть пожертвованных средств. Таким образом, распределяются примерно 50% от официально пожертвованных сумм, возможно, даже больше. При этом, из-за получения налоговых льгот за «благотворительность», юридическим лицам предоставляется возможность в буквальном смысле вынуть и использовать по своему усмотрению (и без какого-либо контроля) бюджетные средства (то есть деньги, которые в виде налогов должны были попасть в государственный бюджет), попутно рекламируя себя и приобретая в глазах общества статус благодетеля. Такие схемы «благотворительности» осуществляются также в частных детских домах.

Чем больше детей в детских домах, тем больше денег получают владельцы детских домов. Соответственно, по возможности массовое изъятие детей из семей выгодна не только продавцам детей за границу, поскольку позволяет продавать больше детей (чем больше детей изъято, тем больше предложение и, соответственно, вероятность сразу удовлетворить поступивший заказ), но и детским домам, поскольку увеличивает их доходы. Поэтому сиротские суды, если есть хоть малейшее основание, изымают детей из семей. В этом смысле закон даёт сиротским судам очень большие полномочия.

Если семья попала в финансово сложное положение и обращается в социальную службу, то это учреждение чаще всего будет стараться не оказать помощь, которую следовало бы в соответствии с духом закона, а лишь исполнять свои формальные обязанности, и в случае заинтересованности  станет злейшим врагом семьи, с которым ей придётся в буквальном смысле сражаться, если семья хочет сохранить детей. Ярким примером этого является случай Жанны Пилсетниеце (Žanna Pilsētniece), в котором сиротский суд Сигулды делает всё возможное, чтобы не отдать ребёнка родителям, в том числе лжёт и составляет фиктивные документы (http://www.aprinkis.lv/sabiedriba/dzive-un-ticiba/item/6313-alina-ekspertize-lika-teikt-ka-vecaki-sit).

Обычно вовлечённые в торговлю детьми стараются работать без шума и обмануть родителей или быстро их сломать. Поэтому жертвами обычно становятся специально выбранные люди, неспособные сопротивляться: выселенные на улицу, без денег, морально уничтоженные, загнанные в депрессию, ставшие наркоманами и алкоголиками (излишне говорить, что обязанность сиротских судов и социальных служб – лечить таких людей и помогать им, а не вредить и отнимать детей). Людям, находящимся в таком положении, сравнительно легко внушить, что ребёнку так будет лучше, что не надо о нём беспокоиться и интересоваться, что надо отказаться от права опеки над детьми. Были случаи, когда мать поили до неадекватного состояния, потом давали подписать бумаги об отказе от ребёнка. Также предлагаются деньги и используются другие манипулятивные приёмы, чтобы достичь желаемого результата.

Для усыновления ребёнка за границу, надо получить на это согласие его родителей в суде, даже если у них отнято право на опеку ребёнка (право опеки регулирует материальное положение ребёнка, право на опеку также называют родительскими правами или правами на контакт с ребёнком и его воспитание). В соответствии с международной практикой перед усыновлением за границу суд обязан убедиться, что родительские права не были отняты обманом. Разумеется, в Латвии суд этого не делает. Раньше иностранцы могли усыновлять только тех детей, которые тяжело больны и лечение возможно только за границей или от усыновления которых отказались двое местных усыновителей. В то время всем усыновляемым иностранцами детям один и тот же врач ставил разные фиктивные диагнозы, на основании которых выдавалось разрешение на усыновление. Был констатирован случай, когда представитель одного детского дома показывала потенциальному усыновителю всех детей в детском доме, вводя его при этом в заблуждение информацией о том, что большинство детей (за исключением тех, которых сам детский дом планировал отдать этому человеку на усыновление) неизлечимо больны. Усыновители, разумеется, от «больных» детей отказывались, о чём представители детского дома составляли документы, таким образом, очень быстро и эффективно получая необходимое для усыновления за рубеж число отказов местных усыновителей на всех детей детского дома.

По-поводу тяжело больных детей стоит также сказать, что, в соответствии с 17-й статьёй закона «О здравоохранении», их должны лечить бесплатно и за государственный счёт (это относится и к «благотворительным» акциям, которые собирают деньги на лечение тяжело больных детей). Вдобавок Латвия ратифицировала несколько международных конвенций, в соответствии с которыми тяжело больных детей надо лечить за рубежом за государственный счёт, а не осуществлять их усыновление иностранцами. Если государство не может исполнять эти конвенции, ему следует обратиться за помощью в ООН, которая осуществит проверку использования всех государственных средств, чтобы убедиться, что у государства и в самом деле на детей денег нет.

Если, однако, жертва оказывает сопротивление, то начинаются длительные юридические сражения. У сиротских судов подход к делу сухо-юридический, полностью оторванный от сути закона, а случается, что и от буквы; всё интерпретируется не в пользу родителей, преувеличивается, документы составляются по принципу «что надо, то и напишем» вместо описания реальных фактов и часто бесстыдно врут, а то и сфальсифицированы. В суде жертву бесстыдным цинизмом и враньём пытаются вывести из равновесия (у женщин – вызвать истерический припадок), чтобы можно было назначить психиатрическую экспертизу и сказать, что у матери есть психические проблемы. В случае сопротивления дела улаживают лично более высоко стоящие чиновники. Например, в случае Жанны Пилсетниеце на судебное заседание явился не просто представитель госинспекции по защите прав детей (штаты у них более чем достаточные), а лично директор департамента сиротских судов и приёмных родителей этой инспекции Валентина Глущенко. И, разумеется, все подобные заседания по требованию сиротского суда проходят в закрытом режиме (если есть люди со стороны, желающие в них участвовать), что даёт дополнительные возможности для всевозможных манипуляций и фальсификаций. Это же абсурд, что те же, кто осуществлял незаконное изъятие ребёнка из семьи, формально представляют в суде интересы ребёнка на уровне самого высокого начальства.

Большую роль в изъятии детей играют также психологи и психиатры. Широко применяется практика направления детей на психологическую экспертизу, которую проводят «надёжные» психологи, выдающие (фабрикующие) необходимые заказчикам заключения. Так, например, маленькая Алина Пилсетниеце говорит, что во время проводимой с ней экспертизы было записано, что родители осуществляли насилие по отношению к ней и её сестре, несмотря на то, что сама она утверждала обратное.  И когда она пыталась высказать несогласие, её было пояснено, что в случае её несогласия пострадают её родители. И вот такие сфабрикованные «обоснования» потом используются в суде.

По сути, проведение экспертизы о применении насилия в Латвии не может быть реализовано практически из-за отсутствия психологов соответствующей квалификации, потому что для того, чтобы абсолютно точно установить осуществлялось ли насилие в отношении конкретного ребёнка, надо проводить сложные, специально для этого ребёнка разработанные тесты. Это необходимо потому, что психология очень сложна и уникальна у каждого человека, что вносит большую погрешность в результаты любых общих тестов. Именно поэтому в соответствии с этикой психолога, общие тесты можно применять только для получения позитивных результатов (прогнозов, заключений), ни в коем случае негативных. В Латвии это не только не соблюдается, большинство психологов этого вообще не понимают или не знают из-за крайне низкого уровня подготовки.

В связи с торговлей детьми стоит также упомянуть тех социальных работников и их «бизнес», которые в рижских и, скорее всего, не только в рижских социальных службах «кормятся» с социальных пособий. Часть выплачиваемых социальных пособий работники социальных служб требуют вернуть назад (например, человек должен получить 10 лат, тогда 5 лат работник социальной службы требует вернуть или вообще сразу выплачивает только 5 лат). Если получатель пособия с этим не согласен и/или жалуется, то он вообще перестаёт получать социальное пособие. Это занятие, естественно, прикрывается вышестоящим начальством за его долю полученных таким образом денег. Это важно знать для понимания морального облика социальной службы, а также потому, что, используя, таким образом, систему пособий, работники социальных служб выстраивают свои «структуры». Например, достаточно большие пособия могут выделяться особо доверенным социально неблагополучным семьям, которые как отдают назад часть денег, так и совершают необходимые социальным работникам действия. Например, всё в тот же случай Жанны Пилсетниеце оказалась вовлечена одна такая семья, мальчик из которой днём побил Алину Пилсетниеце. В результате этих побоев у Алины появились синяки, о которых родители долгое время вообще ничего не знали, поскольку в тот же день чуть позже её изъяли из семьи, но происхождение синяков было приписано родителям, и на основании этого против родителей Алины было возбуждено уголовное дело. Примерно так социальные службы и обслуживают торговцев детьми.

Особый случай торговли детьми – ещё не родившиеся дети. При наличии соответствующего покупателя женщине, которая хочет сделать аборт, предлагается (через гинеколога или используя информацию от гинеколога) этого не делать, а за плату выносить и родить ребёнка не вставая на учёт, чтобы сразу после родов отдать его заказчику (обычно заказчик это пары, у которых не может быть своих детей или которые хотят, чтобы дети формально были им родные). В таких случаях будущую маму отвозят за границу, чаще всего – в Голландию, где она и рожает ребёнка, который официально оформляется на других родителей. В Голландии примерно 80% родов происходят дома. Чтобы не надо было ехать так далеко и можно было бы оказывать «услуги» такого рода прямо на месте, была предпринята попытка ввести домашние роды и в Латвии, несмотря на то, что подавляющая часть населения живёт в условиях, совершенно неприспособленных для домашних родов.

Также стоит упомянуть так называемые «беби-боксы», в которые матери могут поместить ребёнка, если хотят от него отказаться. Формальная цель «беби-боксов» – спасти тех детей, которых матери бросают прямо на улице, но истинная цель их создания и рекламы – желание получить как можно больше младенцев для дальнейшей продажи (именно поэтому госинспекция по защите прав детей не поддерживает их ликвидацию). Дело в том, что у молодых мам бывает так называемая послеродовая депрессия, которая проявляется, в том числе и как нежелание оставить ребёнка и желание от него отказаться. Врачи и близкие обязаны констатировать такое состояние и помогать женщине вылечить его. Идеологи «беби-боксов» замалчивают тот факт, что женщины, убивающие после родов своих детей, больны, и что надо приложить все усилия, чтобы по возможности раньше выявлять и лечить их болезни, а не «помогать» им отказаться от детей. Известны также случаи, когда с молодыми мамами «работали» уже в родильном отделении, чтобы они сразу отказывались от детей, без посредничества «беби-бокса». Врядли стоит удивляться, что эта аморальная практика всё ещё достаточно распространена.

Бывает, что послеродовая депрессия со временем проходит и без лечения и мать сохраняет своего ребёнка, любит и заботится о нём. «Беби-боксы» ориентированы на женщин, страдающих послеродовой депрессией, и максимально облегчают им добровольный отказ от ребёнка. Потом они, конечно, сожалеют о содеянном, но тогда уже слишком поздно.

(вторая часть)

Источник: http://infoagentura.wordpress.com/2012/12/05/par-bernu-tirdzniecibu/
Перевод с латышского: Alnis Zaķis


promo eot_su february 26, 2015 13:13 43
Buy for 10 000 tokens
25 февраля — 40 дней со дня гибели наших товарищей. В этом номере газеты их последний бой и их самих вспоминают боевые друзья. памяти наших товарищей Игоря Юдина, Евгения Белякова и Евгения Красношеина, героически погибших при защите Донецка 17 января 2015 года Вольга, командир Отдельной…

  • 1
Спасибо за материал.
Пожелание: предлагаю сделать текст (вторая часть) ссылкой.

Edited at 2012-12-27 22:39 (UTC)

да, счас оформим, запарился на ночь глядя.

  • 1