fenix_xx (fenix_xx) wrote in eot_su,
fenix_xx
fenix_xx
eot_su

Потеря мечты.

Размышление на тему фильма «Хранители времени».

Мартин Скорсезе снял очередную картину, вызвавшую у критиков и простых зрителей очень много споров. С одной стороны красивый сказочный Париж и хорошая актёрская игра, с другой – созерцательная природа фильма, которая, разумеется, делает его скучноватым и излишняя напыщенность, на первый взгляд без особых на то причин.

Почему-то большинство так и не обратило внимание на то, что у Скорсезе получился не фильм в общем смысле этого слова, а целая ода, посвященная кинематографу, эдакая киноностальгия по тем временам, когда белый экран и треск проектора были сродни сказочной мечте, когда в киноделах ещё было возможно это необыкновенное чувство любви к кинематографу, которым пропитан почти каждый кадр «Хранителей времени», а не любви к деньгам, которая так часто просматривается в современных блокбастерах.

Скорсезе, конечно, говорит о кино, но в данном случае искусство просто первым чувствует общественные чаяния, людскую жажду необыкновенного и тоску по сказочному. Слом приоритетов он связал с трагедией войны. Мечтатели уходят на второй план, а из их мечты делают каблуки для туфель. Их теснят скучные реалисты, которые потеряли веру в чудеса, убивая всё пространство для изобретений и фантазии.

Но короткий процесс, показанный в фильме на примере кино, в реальной жизни растянулся. Конечно, уже сегодня мы живём в удивительно практичном и скучном мире, где осталось очень мало места для волшебства, но где-то под Новый год и Рождество мы ненадолго вспоминаем это странное, теперь несколько чуждое для нас чувство, что созданы мы для чего-то великого. Ведь предназначение человека всегда заключало в себе великий смысл, но для его реализации нужно очень много усилий. Даже обычное сохранение веры в чудеса требует воли, а потому зачастую проще не верить.

Тот, кто мечтал стать космонавтом, стал банковским менеджером. Тот, кто мечтал спасать людям жизнь, теперь мечтает о больших деньгах и сетует, уж конечно, не на низкий уровень медицины, а на величину своей зарплаты. Тот, кто хотел покорить мир, раз в год выбирается в Египет для очередной порции All Inclusive. Тот, кто хотел семью и детей, теперь хочет больше свободы для реализации других, намного более мелких, целей. И дело не в том, что люди больше не хотят быть счастливыми. Просто то, что входит в понятие счастье, как-то обмельчало и скукожилось.

Мечты поменялись на материальный прагматизм, без которого почти невозможно выжить в суровых условиях нового мира, где вкусно есть и хорошо одеваться важнее любого предназначения, которое греет душу, но приносит копейки, заставляя тех мечтателей, что ещё остались, прозябать в нищете и считать себя проигравшими. В мире что-то перевернулось, нарушилось, если даже искусство (кино, литература, музыка) стало бизнесом, живущим по законам наживы.

Но что-то глубоко в людях ещё осталось, если они так живо откликаются на ностальгическое кино (будь то «Хранители времени» или «Артист»), где создатели грустят о далёком, ушедшем времени, в котором великая американская денежная мечта ещё не затмила все другие великие смыслы, не оставив камня на камне от всех моделей существования, в которых речь шла о построение чего-то великого (даже СССР, предоставивший отнюдь не религиозный, а очень светский вариант мечты, проиграл США как только попытался выйти на их поле, ввязался в соревнование по потребительским показателям). Людей, сохранивших веру в мечту, назвали сумасшедшими, дурачками, живущими мифами. Тех же, кто готов был ради мечты жертвовать собой без остатка, назвали людьми, которые неадекватно ценят человеческую жизнь, хотя для них всё дело было в том, насколько дорого стоила мечта и великая цель, а вовсе не в том, какова ценность человека.

В новом фильме Скорсезе демонстрирует странные вещи. Люди превращаются в машины уже не только эмоционально, но и физически (как станционный смотритель), а машины в людей. А ведь именно в этом одно из самых странных противоречий нашей эпохи: люди пытаются научить машины тому, что уже почти не умеют сами. И этот слабый человек, со всеми своими недостатками, уходит на второй план. Его место занимают волшебники из «Гарри Поттера», Нави из «Аватара» или вампиры из «Сумерек». Сам по себе человек уже даже в искусстве не способен на великие достижения, его место занимает нечеловеческое.

Сверхчеловек, как следующий этап развития человека по Ницше, уже никем не воспринимается всерьёз. Те времена, в которые было «мы рождены, чтоб сказку сделать былью» стремительно уходят. Теперь мы рождены для того, чтобы заработать много денег, купить машину и дом, вкусно поесть и использовать все современные блага. Не создавать новые, а использовать уже созданные. И уж, конечно, давно брошена затея восхождения вверх, преодоление всех слабостей (сейчас решаются задачи, как эти слабости лучше удовлетворить), превращения человечества в коллективного Бога, чтобы оно могло решить все божественные задачи.

С этой точки зрения не удивительно, что министр образования России может уже во всеуслышание заявлять, что главной ошибкой советского образования было то, что оно воспитывало человека-творца, а сегодня нужен человек-потребитель. При всей омерзительности этих слов, Фурсенко попадает в яблочко современных трендов и ни единого раза не лукавит. Творцы сегодня не в моде.

Первые создатели кино почти не имели инструментов для воплощения своей внутренней фантазии, но были настоящими мечтателями и неистово любили своё дело, исполняя предназначение дарить людям чудеса. Сегодняшние киноделы имеют весь арсенал инструментов, но при этом всё больше становятся бизнесменами. Не случайно большие режиссёры всегда заканчивают в кресле продюсера.

Это лучшее отражение изменений внутри нашего мира, в котором создатели чудес превращаются в создателей денег. И вместе с этим превращением меняются мечты и предназначения. Вокруг всё меньше тех, чьи цели наполнены великими смыслами и всё больше тех, кто живёт для того, чтобы тратить и зарабатывать деньги. Но разве деньги могут быть миссией? Вряд ли. Они могут быть только целью, весьма низменной. Таким путём мельчают человеческие мечты, которые создают всё больше дорогого и всё меньше великого.

Что же случилось с миром? Есть ли у нас ещё шанс на что-то великое или мы так и потонем в этом бесконечном подсчёте денег, ресурсов, домов, машин и вызываемых этим потребительством кризисах. «Хранители времени» делают робкую попытку разбудить в нас веру в мечту, которая когда-то давно создала очень много вещей, в том числе и кино. Правда, именно те, кто должны это уловить и разнести по городам и весям, выражаются в духе: «Откуда столько напыщенности? Что за детская сказочка?»

Но ведь фильм очевидно задаёт очень простой вопрос: «Остались ещё в мире искатели приключений и волшебники?» - и вместе с тем делает отсылки к тому самому старому кино мечтателей, которое и было таким напыщенным, наигранным, слегка абсурдным в своей попытке показать не реальную жизнь, а настоящую фантазию. Сегодня мы ищем в кино совсем иное. Подлинности, натуральности, достоверности. Но то самое первое кино создавалось для того, чтобы показать людям то, чего вокруг них никогда не было. Взять их с собой в путешествие по далёкому и неизведанному, спровоцировать превращение фантазии в реальность.

В этом плане кино ответило тогда на главный запрос человечества. Оно показало, что людские мечты способны ожить, их можно увидеть и показать другим, приблизить, сделать более реалистичными. Эту битву кино выиграло, сделав прагматические вопросы в духе: «А ты видел когда-нибудь инопланетян? Покажи!» - неактуальными, ведь создатели новых киномиров могли и увидеть, и показать, тем самым ещё на один шаг приблизив себя к Богу.

Но, если тогда эти новые миры заставляли широко открывать рот, то теперь всё больше слышится «не верю» и «так не бывает». Это констатируется и в «Хранителях времени», где главные герои фильма – дети, ещё лишённые взрослого прагматизма. Время ещё не вымело из них тягу к приключениям и веру в чудеса, а потому только они одни способны кое-что напомнить взрослым.

Фильм отвечает на главный человеческий вопрос, который люди задают себе тысячелетиями, констатируя очень простую вещь. Смысл жизни - исполнять своё предназначение. Но самое сложное не исполнять его (ведь всегда приятно и радостно делать то, для чего ты родился), а найти его и не потерять (ведь при невозможности найти или потери, несмотря на все успехи, появляется та самая грусть и бессмысленность, ощущение внутренней поломки).

Некоторые годами делают не своё дело и чувствуют себя несчастными. Другие следуют своему предназначению, но в определённую минуту теряют его, отказываются в силу каких-то глупых причин, а потом жалеют всю жизнь. В этом и заключена главная трагедия. Как для конкретного человека, так и для целых народов. Ведь главная трагедия 20летней давности для русского народа не в том, что разорвали страну и разграбили все её достояния, а в том, что произошёл отказ от своей мечты, своего предназначения, своих больших амбиций (и нечего сетовать на западные спецслужбы, они только предложили этот отказ, а согласились на него мы сами), из-за которых мир всегда с такой надеждой смотрел на Россию, на протяжении всей своей истории не шедшую с ним в ногу, а предлагавшую свои феноменальные проекты, основанные именно на мечте.

Кто-то не видит в этом ничего страшного и вполне искренне считает, что витать в облаках уже хватит, пора чётко и точно делать дело, но ведь холодный расчёт и прагматизм хороши, когда поезд едет и не просит дополнительного огня, о который так легко обжечь руки, но почти смертельны сегодня, когда паровозы любой великой мечты (от светского модерна до религиозного построения рая на земле) останавливаются, и общество всей душой жаждет новой большой мечты, а механизмы её построения и идеалы для неё нужные утеряны, забыты, растоптаны.

Осталась только большая мечта американского народа. Проблема только в том, что для подавляющего большинства человечества эта мечта оказалась непригодной. Многие почему-то не могут жить в роскошном доме, ездить на хорошей машине, вкусно кушать и купаться в комфорте, когда большая часть остального мира прозябает в нищете, а гитлеровская теория золотого миллиарда (которая оказалась так удивительно созвучна американской мечте, что ещё полвека назад было понятно только самому Гитлеру, опередившему своё время на десятилетия) по-другому не работает. В ней весь мир работает на благополучие кучки избранных.

И вместе с жаждой новых возможностей, нового предназначения (как для отдельных народов, так и для всего человечества) в современном мире появилась и эта ностальгия по волшебству, по необыкновенному, по смыслам и подлинным чувствам. Продукты искусства, конечно, только первые ласточки этой жажды.

Люди годами живут нормальной, хорошей жизнью, но постоянно чувствуют какую-то нехватку. Это и есть тот самый недостаток чудес. Когда-то его восполнило кино. Есть ли что-то, что делает тоже самое сейчас. Если нет, мы обречены. И совсем не потому, что планета перенаселена, не потому, что экономические проблемы мира неразрешимы, не потому, что появилось слишком много больших угроз нашему существованию (все эти проблемы нерешаемы современным слабым человеком, но вполне по силам сверхчеловеку), а просто потому, что не осталось вещей, ради которых можно преодолевать, не осталось чудес, в которые хочется верить, не осталось мечтаний, за которыми мы готовы идти, несмотря ни на что, не ища выгоды, а просто чувствуя, что они наше предназначение, судьба.

Сегодня в судьбу верить не модно. Сегодня вообще не модно во что-то искренне, фанатично верить. Сочтут идиотом или придурком. Но мы обязательно будем верить. И пусть прагматики всего мира крутят пальцем у виска и смеются. Их время заканчивается. Вопрос только в том, закончится вместе с ними и наше время, или мы найдём те давно потерянные искры и снова научимся мечтать, не боясь обжечь руки о разгоревшийся из искр огонь. Ведь только тогда чудеса станут возможны.

И, конечно, понятно, что одного голода по большим смыслам, который сегодня витает в воздухе, недостаточно. Всегда есть опыт прошлого неуспеха, который заставляет ставить крест на новых попытках. Современные люди очень легко отказываются от мечты, сталкиваясь с неудачей. Можно признать, что иногда эти неудачи оказываются очень серьёзными, но разве кто-то всерьёз думал, что для реализации большой мечты не нужно сверхусилий. Конечно, по мнению нового общества ответ «нет», потому что для многих из них «оно того не стоит». Я каждый день спорю с рассуждениями о том, что победа в Великой Отечественной Войне того не стоила (видимо, надо было сдаваться), что сталинский скачок на сто лет в будущее (от сохи к ядерной бомбе и космосу, от села к современному городу) того не стоил. А что же чего-то стоит?

Конечно, мечта может закончиться и может не осуществиться. В конце концов, мы растем и меняемся. Вместе с тем меняются и наши приоритеты, желания, увлечения. Но, отказываясь от большой мечты, которая потеряла актуальность или оказалась неосуществимой, несмотря на то, что вы отдали её реализации всего себя без остатка, не обязательно менять её на полумечты, небольшие цели, несущественные желания. Не обязательно констатировать, что «сказок не бывает» и становится прагматиком с реализуемой последовательностью шагов, но без мечты, за которую можно умереть. Можно ведь попробовать начать мечтать ещё большее, фантазировать ещё отчаяннее, как бы ни было страшно испытать неуспех. Ведь нет ничего страшнее, чем мельчающие в наших головах и сердцах мечты. Следом за мечтами мельчаем и мы сами, теряем способность к реализации великих целей, как спортсмен, который вместо того, чтобы ставить себе задачу прыгать всё выше, опускает планку, чтобы иметь уверенность в возможности до неё допрыгнуть, а потому у него нет никаких шансов ни на мировые рекорды, ни на соревнования высокого уровня.

Современным людям нужно, прежде всего, научиться держать удар (будь то удары судьбы или удары других людей) и бороться за свою мечту. Теории изменений среды, а не человека, с построением мира комфортного для слабых давно и очевидно себя не оправдывает. А в сложившейся ситуации, когда столько уже потеряно и забыто, необходимость держать удар возрастает многократно.

Без воли никакой возможности реализовывать своё великое предназначение не появится. Оно так и будет размениваться на маленькие цели и желания, создающие иллюзию, что мы счастливы. Но в реальности мы будем необъяснимо злы и необъяснимо печальны, как и герой Бена Кингсли в «Хранителях времени», хотя вроде бы «всё в порядке», «всё есть» и «пожаловаться не на что».

Можно прятать свои мечты в сундук на высоком шкафу, называя их «прошлым» и утверждая, что вот это вот жалкое исполнение небольших желаний и есть – предел наших мечтаний, но я не берусь сказать, что будет в такой ситуации хуже: наступление того дня, когда эти мечты из сундука вырвутся и мы столкнёмся с ними лицом к лицу, понимая сколько времени бессмысленно потеряли, или же то, что этот день так никогда и не наступит.

Для многих этот день станет самым страшным судом (будь то библейский апокалипсис или вполне светский тупик), самым сложным испытанием, способным убить, но нужна ли та жизнь (или лучше сказать существование), в которой этот день так и не наступил?

Subscribe
promo eot_su february 26, 2015 13:13 43
Buy for 10 000 tokens
25 февраля — 40 дней со дня гибели наших товарищей. В этом номере газеты их последний бой и их самих вспоминают боевые друзья. памяти наших товарищей Игоря Юдина, Евгения Белякова и Евгения Красношеина, героически погибших при защите Донецка 17 января 2015 года Вольга, командир Отдельной…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments