teterevv (teterevv) wrote in eot_su,
teterevv
teterevv
eot_su

Categories:

Архиепископ Лука, профессор и хирург Войно-Ясенецкий (2)


Приняв священство после революции, в больницу, и в университет отец Валентин стал приходить в рясе с крестом на груди. Кроме того, он установил в операционной иконы Божьей Матери и стал молиться перед началом операции.

К 1911 году Валентин Феликсович стал нештатным врачом Феодоровского монастыря. То есть он трудился там бесплатно, хотя по штату врач предполагался. Но врач Войно-Ясенецкий сам отказался брать плату у сестер. В 1916 году у его жены обнаружился туберкулёз лёгких. Валентин Феликсович ради сухого климата перевелся в Ташкент. Там он встретил Революцию и Гражданскую войну. За ту же самую не лицемерность при оказании врачебной помощи, в том числе и противникам советской власти, его арестовали. Но быстро освободили и вернули в больницу. Этот арест резко ухудшил состояние здоровья его жены. Она скончалась в 1919 году, оставив Валентину Феликсовичу четверых детей в возрасте от 6 до 12 лет.

Несмотря на все личные трудности, Валентин Феликсович был одним из основателей Высшей Медицинской школы. А в 1920 году возглавил кафедру оперативной хирургии Туркестанского Государственного Университета.

Но в его жизни появляется новая сторона - вера. Это способствовало и медицинское поприще - видение боли, смерти, страдания - и смерть жены. Как и в медицине в церковной среде Валентин Феликсович занимал активную позицию и пользовался авторитетом. И потому предложение принять священнический сан, с которым к нему обратился в 1920 году епископ Туркестанский и Ташкентский Иннокентий (Пустынский) не было неожиданным. Как и последовавшее согласие со стороны профессора медицины принять его.

И тут я приведу картину, которая, возможно, в чем-то изменит представления многих о том периоде и ситуации в отношениях власти и Церкви. В больницу, и в университет отец Валентин стал приходить в рясе с крестом на груди. Кроме того, он установил в операционной иконы Божьей Матери и стал молиться перед началом операции.

Но, более того, будучи вызван свидетелем на суд по делу врачей Ташкентской больницы, он опять же в рясе и с крестом открыто и спокойно обличил надуманность всех обвинений. Приводится такой диалог о. Валентина и главы местного ЧК Петерса:

«Тогда Петерс спросил:
— Скажите, поп и профессор Ясенецкий-Войно, как это вы ночью молитесь, а днем людей режете?
Отец Валентин ответил:
— Я режу людей для их спасения, а во имя чего режете людей Вы, гражданин общественный обвинитель?
Следующий вопрос:
— Как это Вы верите в Бога, поп и профессор Ясенецкий-Войно? Разве Вы его видели, своего Бога?
— Бога я действительно не видел, гражданин общественный обвинитель. Но я много оперировал на мозге и, открывая черепную коробку, никогда не видел там также и ума. И совести там тоже не находил».

Последний ответ стал афоризмом для апологетики с атеистами, обвиняющих веру в антинаучности.

Будучи кандидатом на должность Ташкентского архиерея, и в связи с отъездом епископа из-за давления ГПУ в попытках присоединить епархию к обновленцам, о. Валентин, по существу, взял на себя управление епархиальными делами. Он и сплотившееся вокруг о. Валентина духовенство были сторонниками Патриарха Тихона.

В1923 года о. Валентин был тайно пострижен в монахи ссыльным епископом Уфимским Андреем (Ухтомским). В постриге он принял монашеское имя Луки. Хиротония с наречением архиерея Луки титулом епископа Барнаульского состоялась 31 мая 1923 года. Ее провели в городе Пенджикенте, кроме названного епископа Уфимсого, также ссыльные епископ Волховский Даниил (Троицкий) и епископ Суздальский Василий (Зумер). Патриарх Тихон позднее утвердил её законной.

Ввиду невозможности отъезда в Барнаул, епископ Андрей предложил Луке возглавить Туркестанскую епархию. 3 июня, в день памяти равноапостольных Константина и Елены, епископ Лука отслужил свою первую воскресную всенощную литургию в кафедральном соборе.

Студенты ТГУ потребовали увольнения принявшего постриг профессора. Вместо этого руководство университета предложило ему возглавить еще одну кафедру. Но епископ Лука решил уйти сам и 5 июня он в последний раз, уже в епископском облачении, присутствовал на заседании Ташкентского научного медицинского общества при ТГУ.

Началась травля епископа в прессе и призывы его арестовать. Что и случилось вечером 10 июня, после Всенощного бдения. 6 июня 1923 года Лука написал завещание, в котором призывал мирян оставаться верными Патриарху Тихону:

«… Завещаю вам: непоколебимо стоять на том пути, на который я наставил вас. …Идти в храмы, где служат достойные иереи, вепрю не подчинившиеся. Если и всеми храмами завладеет вепрь, считать себя отлучённым Богом от храмов и ввергнутым в голод слышания слова Божьего.
…Против власти, поставленной нам Богом по грехам нашим, никак нимало не восставать и во всём ей смиренно повиноваться».

Справедливости ради надо сказать, что Войно-Ясенецкий не принял революции. Вернее, не принял методов и форм построения нового общества:

Из допроса епископа Луки:
«… Я тоже полагаю, что очень многое в программе коммунистов соответствует требованиям высшей справедливости и духу Евангелия. Я тоже полагаю, что власть рабочих есть самая лучшая и справедливая форма власти. Но я был бы подлым лжецом перед правдой Христовой, если бы своим епископским авторитетом одобрил бы не только цели революции, но и революционный метод. Мой священный долг учить людей тому, что свобода, равенство и братство священны, но достигнуть их человечество может только по пути Христову — пути любви, кротости, отвержения от себялюбия и нравственного совершенствования. Учение Иисуса Христа и учение Карла Маркса — это два полюса».

Не оставил епископ Лука и научной работы. Именно в Ташкентской тюрьме он закончил первый из частей монографии «Очерки гнойной хирургии». В нём шла речь о гнойных заболеваниях кожных покровов головы, полости рта и органов чувств.

9 июля епископ Лука и его старый товарищ, и друг протоиерей Михаил Андреев, который разделил с ним тяготы ареста, были высланы в Москву. Там он дважды встречался с Патриархом Тихоном. Вызывался на допросы в ГПУ на Лубянке.

Еще из допроса, по воспоминаниям самого святителя Лики:

«На допросе чекист спрашивал меня о моих политических взглядах и о моем отношении к Советской власти. Услышав, что я всегда был демократом, он поставил вопрос ребром: „Так кто Вы — друг или враг наш?“ Я ответил: „И друг и враг. Если бы я не был христианином, то, вероятно, стал бы коммунистом. Но Вы возглавили гонение на христианство, и поэтому, конечно, я не друг Ваш».

То есть епископ Лука не идейный, а политический противник новой власти, что важно в свете разговора о «сергианстве».

Предыдущая статья.



Tags: война с историей
Subscribe
promo eot_su february 26, 2015 13:13 43
Buy for 10 000 tokens
25 февраля — 40 дней со дня гибели наших товарищей. В этом номере газеты их последний бой и их самих вспоминают боевые друзья. памяти наших товарищей Игоря Юдина, Евгения Белякова и Евгения Красношеина, героически погибших при защите Донецка 17 января 2015 года Вольга, командир Отдельной…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments