eot_su


Сообщество «Суть времени» в Livejournal


Previous Entry Поделиться Next Entry
Православное гетто
gbars wrote in eot_su

Сегодня, я бы хотел обсудить статью Анатолия Степанова (гл. редактора "Русской народной линии") "Изжить грех антисоветизма" (написана 24 ноября, по поводу событий 23 ноября).
Статья, как мне показалось, говорит о многом.
Итак приступим:

Вчера, 23 ноября, закончился электронный опрос по поводу переименования московской станции метро «Войковская», названной именем одного из цареубийц, террориста, погибшего от руки белоэмигранта в Варшаве. Официальные данные гласят: 53% участников опроса проголосовали против переименования, а 35% - за переименование. Что тут сказать? Это -сокрушительное поражение православных(выделено автором-прим мое). Иначе я не могу оценить итоги голосования.

Господин Степанов начал со специфического тезиса о том, что православные в чем-то потерпели поражение (выделено мной).  Этот тезис годен к употреблению лишь в том случае, если у православных есть особая организация, которую они признали своим представителем и поручили ей организовать победу в интернет голосовании.
Поскольку патриарх, как глава Церкви (организация, которая могла бы выполнить такую роль) призывал к несколько другому. Напомню: Там, где проявлялись воля, сила, интеллект, политическая решимость, — мы говорим: «да, несомненные успехи», как и в случае с победой в Великой Отечественной войне. А там, где были кровь, несправедливость, страдания, мы говорим, что это неприемлемо для нас, людей XXI века. Мы отдаем исторические персонажи на суд Божий. Но никогда отрицательные стороны не должны давать права исключать все то положительное, что было сделано. Как и наоборот, то положительное, что было сделано теми или иными людьми, не должно исключать критического отношения к преступлениям, которые были совершены ими же.
Как видно из этой речи, патриарх не предлагает затирать неугодные, даже преступные имена. То есть церковь, по крайней мере в лице его главы, не ставит задачи искоренит советские символы, хотя и относится к ним критически (такая позиция патриарха не может не вызывать уважения).
Но вернемся к статье Степанова:

Почему надо говорить о поражении? Во-первых, потому что при нормальном стечении обстоятельств голоса должны были распределиться следующим образом: 75-80% - за изгнание имени террориста и цареубийцы с карты Москвы, 5% - против, и 15-20% - тех, кто не смог определить свою позицию. Ведь 85% граждан нашей страны идентифицируют себя во время социологических опросов как русские православные христиане. Ну пусть в Москве процент русских меньше, но и для мусульман этот вопрос не имеет принципиального значения, поэтому, скорее всего, они поддержали бы позицию православных граждан в вопросе переименования «Войковской». В любом случае цифры должны были быть совершенно иными.
Во-вторых, на нашей стороне, за тех, кто стремился убрать имя террориста и убийцы с карты хотя бы московского метрополитена, выступили на этот раз такие тяжеловесы как ведущие популярных аналитических программ – Дмитрий Киселев и Алексей Пушков, а также министр культуры Владимир Мединский. Но даже это не повлияло на расстановку сил.

Не будем придираться к делению граждан России на русских и мусульман. (то есть по национальному и конфессиональному признаку). Ну опечатался господин Степанов. Констатируем, что главред РНЛ признает системную медийную поддержку его позиции со стороны. И указывает на несоответствие суммы п.1 и п.2 полученному результату.

Продолжим цитирование:

Стоит обратить внимание на то, кто был противниками православных, кто выступал за сохранение имени Войкова на карте Москвы. В последнее время мы видим удивительный симбиоз – союз коммунистов и либералов-яблочников, которые всегда объединяются именно против Церкви. Мы наблюдали этот противоестественный союз на примере противодействия строительству храмов, и теперь мы увидели его на примере противодействия нравственному изменению топонимики Москвы. Но примечательно, что была еще третья сила, которая приняла активное участие в голосовании за Войкова – это движение «Суть времени» Сергея Кургиняна. И как тут не вспомнить, что совсем недавно целый ряд известных православных общественных деятелей выступали за союз с Кургиняном и доказывали, что он чуть ли ни семимильными шагами движется в сторону Православия, что союз с Кургиняном только укрепит позиции православных. Они, по-моему, до сих пор не изменили своего мнения и исправно посещают семинары Кургиняна. И вот: нате, православные, получите гранату от движения «Суть времени». По моим наблюдениям, именно сутевременцы грамотно организовали интернет-голосование и активно проводили кампанию по объединению усилий почитателей Войкова самых разных оттенков и окраса.

Оставим на совести слова господина Степанова об антицерковности либералов конкретно по этому вопросу. Интересно, что Степанов пытается обвинить ряд православных общественных деятелей в союзе с Сутью Времени как с движением, якобы бросившем гранату православным. Как мы позже выясним тезис о гранате православным от инфернально могущественной третьей (добавлю — коммунистической) силы сам же г-н Степанов и развенчает.

Однако плохая организация участия в опросе – это еще не самая главная беда. На мой взгляд, история голосования по «Войковской» является серьезным звоночком для нас. Сутевременцы, коммунисты и либералы переиграли православных, прежде всего, в идеологической плоскости, сумев представить ситуацию вокруг переименования «Войковской» как антисоветскую акцию (странно, что либералов беспокоит проблема антисоветизма, но это тоже на совести г-на Степанова - прим. мое). В общественном мнении им удалось представить православных в роли антисоветчиков. Это очень серьезный итог голосования по «Войковской», потому что именно тема антисоветизма рефреном звучала в агитации сторонников сохранения имени Войкова на карте Москвы. Им удалось навязать обществу в этом вопросе свою повестку дня. А наша повестка дня звучала неубедительно. Хотя могла бы прозвучать еще мощнее: сохраняя имя Войкова, мы прославляем террориста и цареубийцу, и стоит задуматься, как будет реагировать на это молодое поколение(вроде такая и была - прим. мое). Но наша повестка дня была оттеснена в маргинальную плоскость, а главным вопросом стал антисоветизм православных.

И далее:

К сожалению, нашим противникам легко было представить православных антисоветчиками. Ну а как иначе, когда гордо именующий себя «церковным власовцем» петербургский протоиерей Георгий Митрофанов занимает крупный пост в Санкт-Петербургской духовной академии и продолжает публично выступать, охаивая нашу Победу и даже ставя под сомнение подвиг Царя-Мученика Николая. Нашим противникам легко представить нас антисоветчиками, когда люди, аттестующие себя православными, постоянно выступают с оголтелыми нападками на Сталина и сталинизм, ставя свой воинствующий антисталинизм чуть ли не показателем нравственности в политике и истории, противопоставляя Сталина и Царя-мученика Николая Второго.

Вот это и стало причиной нашего поражения. Вот поэтому в глазах тех, кто уважает советскую историю, наша идея убрать с карты Москвы имя цареубийцы и террориста стала покушением на нашу историю. Нам нужно всерьез задуматься над тем, как будет впредь восприниматься Церковь в глазах населения. Ведь среди 53% сторонников сохранения имени террориста и убийцы на карте Москвы много крещеных людей, которые в иной ситуации не задумываясь называют себя православными. И это очень серьезная проблема, в которой я вижу опасность для будущего Русской Православной Церкви и нашего Отечества.

Здесь по-моему самое главное.
 Степанов, после того как свел всех проголосовавших за переименование, к категории православные, казалось бы оставил по другую сторону не православных, более того антиправославных сутевцев-коммунистов, других коммунистов (КПРФ что ли?) и либералов (особенно Мединского и Киселева). Другими словами предложил тем православным, которые голосовали против переименования ложную альтернативу (или вы антиправославные коммунисты-либералы или православные)
Позже сам же признался, что линия не по конфессиональному проходит. А по отношению к вопросам нашей истории. То есть альтернатива такова: (или ты человек любой конфессии и негативно относишься к войне с историей своей страны (национально мыслящий гражданин) или ты антисоветчик (то есть может быть и православный (что не обязательно), но ставишь веру выше Отчества)). Степанов, самостоятельно нащупав второй способ деления говорит, что именно в нем состоит главная угроза Отечеству.
Причем, утверждая, что смена названия не есть антисоветское деяние, то есть не ведет к отрицанию семидесяти лет нашей истории.

На мой взгляд дело обстоит так: граждане России (в данном случае жители Москвы) проголосовали по вопросу отношения к советской истории совершенно просоветски (хотя я убежден, что в целом по стране результат был бы выше). Это не индифферентность и не желание сэкономить городской бюджет  (омерзительная трактовка Киселева). Это именно гражданское действие в защиту исторического достоинства России. Причем абсолютно православное по своей сути.

К слову, в СВ, около половины членов движения православные. А другая половина уважительно относится к этой религии. Более того, мы считаем, что именно православие оказало определяющее влияние на формирование национальной идентичности граждан Российской Империи (позже СССР).

Я глубоко поддерживаю финальный тезис господина Степанова о том, что «Именно православному сознанию по силам решить историческую задачу для России - связать времена. А для этого надо отказаться от антисоветизма и антисталинизма. Раскаяться в грехе антисоветизма. Изжить в себе эту болезнь.»
Но я не совсем пониманию, как он хочет взаимодействовать с державно и исторично мыслящими православными, требуя от них именно антисоветских действий. То есть в союзе с теми от кого г-н Степанов пытается отмеживаться: «К сожалению, нашим противникам легко было представить православных антисоветчиками. Ну а как иначе, когда гордо именующий себя «церковным власовцем» петербургский протоиерей Георгий Митрофанов занимает крупный пост в Санкт-Петербургской духовной академии и продолжает публично выступать, охаивая нашу Победу и даже ставя под сомнение подвиг Царя-Мученика Николая. Нашим противникам легко представить нас антисоветчиками, когда люди, аттестующие себя православными, постоянно выступают с оголтелыми нападками на Сталина и сталинизм, ставя свой воинствующий антисталинизм чуть ли не показателем нравственности в политике и истории, противопоставляя Сталина и Царя-мученика Николая Второго.»

Действительно представить не трудно. А как еще описать людей аттестующихся одинаково и осуждающих Войкова одинаково? Я не хочу сказать, что господин Степанов является "церковным власовцем", но с чего он решил, что его отношение к Войкову православнее чем отношение к нему тех православных, что проголосовали против перименования Войковской? Потому, что их обманули сутевцы, а его Степанова нет?

Почему Степанов упорно называет отреченца царем. А его гипотетического убийцу (что это Войков не установлено) цареубийцей. Почему признавая Сталина не "спорной" личностью, он не делает такого же признания по отношению к Войкову?
Ведь он осуждает Войкова, по сути, игнорируя исторический контекст — гражданская война шла, между прочим.

Я надеюсь, что господин Степанов на самом деле прекратит загонять православных в гетто, требуя от них того же, что и те деятели-власовцы, которых он справедливо осуждает.

промо eot_su февраль 26, 2015 13:13 43
Разместить за 10 000 жетонов
25 февраля — 40 дней со дня гибели наших товарищей. В этом номере газеты их последний бой и их самих вспоминают боевые друзья. памяти наших товарищей Игоря Юдина, Евгения Белякова и Евгения Красношеина, героически погибших при защите Донецка 17 января 2015 года Вольга, командир Отдельной…

  • 1
все труднее Степанову сову на глобус натягивать.

“Я знал самых восхитительных людей, которые ходили в храм, и я знал самых дурных людей, которые делали то же самое. Я знал самых восхитительных людей, которые туда не ходили, и я знал самых дурных, которые также воздерживались от этого. Мне ни разу не встретился человек, который был бы добр потому только, что он ходил в церковь, или зол потому, что не ходил туда. И тем не менее, чаще всего такого рода практика расценивается как признак возрастания или убывания религии. Но между этими вещами нет никакой связи. “

“Есть особая агрессивная форма религии, сама именующая себя "догматической верой". Она принесла человеческому роду больше вреда, нежели чума и голод. Ей мы обязаны не только всей кровавой историей мусульманства, но и всеми убийствами, которые покрыли позором, одно за другим, каждое из направлений христианства.
От имени Христа, этого Апостола мира, сия чудовищная школа мысли, всего лишь через несколько веков после его смерти, учинила такие распри и убийства, о каких и слыхом было неслыханно во времена язычества. Было подсчитано, что только по поводу гомиоусианского вопроса филолого-теологической проблемы, связанной с произнесением дифтонга, - сотни тысяч людей лишились жизни как поборники и жертвы веры*. Крестовые походы, убийства альбигойцев и севеннов, тридцатилетняя война, инквизиция, надругательства католиков над протестантами и не менее постыдные надругательства протестантов над католиками, преследования нонконформистов Церковью, преследования квакеров нонконформистами, неисчислимые семейные трагедии и тирании - воистину, если принять все это во внимание, то читатель будет вынужден допустить, что вера, в ее положительно-агрессивном понимании, принесла более зла, нежели голод и чума, вместе взятые.”

Артур Конан-Дойль. Религия в свете нового Откровения.

Стойкое впечатление, что задачу свою г-н Степанов мыслит, как пропаганду православия, а это - очень скользкий путь, наполненный соблазнами применения медийных технологий. Это проявляется, в частности, в систематических повторах "террорист и цареубийца", хотя оба обвинения не имеют под собой твёрдой почвы и основаны на домыслах, а не на документах, достойных доверия. Да и буквальная оговорка это стремление явным образом демонстрирует: "Нам нужно всерьез задуматься над тем, как будет впредь восприниматься Церковь в глазах населения." ТО есть Степанову более важно не то, какова Церковь в действительности, а как она будет восприниматься и потому, полагаю, воспринимает итоги голосования, как личный провал в качестве пропагандиста, задачей которого, в представлении Степанова, является не просвещение населения с целью понимания существующей действительности, а формирование требуемой картины. Г-н Степанов на самом деле сокрушается, что коллективное информационно-психологическое насилие, совершённое с применением омерзительного программирующего арсенала, не было достаточно эффективным. В этом контексте, жалкие блеяния г-на Степанова по поводу "нравственной топонимики", становятся ещё более гадкими и отвратительными, потому что самим Степановым неявно обозначено, что нравственность средств пропаганды оценке не подлежит. И осознавать это горько.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account