forward2ussr (forward2ussr) wrote in eot_su,
forward2ussr
forward2ussr
eot_su

Categories:

Судьба гуманизма в XXI столетии. Часть 19.

Круг замкнулся. Но для того, чтобы рискованные гипотезы превратились хотя бы в гипотезы с высокой правдоподобностью, надо, чтобы у многих таких кругов оказался один и тот же центр
Сергей Кургинян , 18 июня 2014 г.
опубликовано в №82 от 18 июня 2014 г.


Никола Пуссен. Триумф Пана (1635)
Никола Пуссен. Триумф Пана (1635)

Я уже несколько раз обращал внимание читателей на то, что пушкинский Евгений Онегин очень поверхностно знаком с интересующим нас Вергилием («Да помнил, хоть не без греха, из Энеиды два стиха»). При этом я привел кое-какие доказательства того, что сам Пушкин был знаком с Вергилием иначе. И что совсем иначе с ним были знакомы такие кумиры Пушкина, как Карамзин. Да и многие другие представители духовной, подлинной элиты досоветской России.

Но и пушкинский Евгений Онегин, утверждал я, не так прост, как кажется. Уже обратив внимание читателя на обширную библиотеку Онегина, где Татьяна Ларина знакомилась с ходом мыслей и культурными пристрастиями своего Евгения, покинувшего завещанное ему дядей поместье, я теперь хочу обратить внимание на другое. Пушкин не сообщает нам полного каталога книг в библиотеке Евгения Онегина. Зато он вкладывает в уста своего героя слова, которые обычно не привлекают пристального внимания читателя.

Наблюдая за тем, как его приятель и будущая жертва Владимир Ленский раз за разом устремляется в гости к каким-то Лариным, Евгений, наконец, решается порасспросить приятеля.

«Куда? — спрашивает он Ленского. — Уж эти мне поэты!»

«Прощай, Онегин, мне пора», — отвечает влюбленный поэт своему приятелю-скептику. И далее между ними завязывается разговор, заслуживающий нашего внимания.

«Я не держу тебя; но где ты
Свои проводишь вечера?»
– У Лариных. — «Вот это чудно!
Помилуй! и тебе не трудно
Там каждый вечер убивать?»
– Нимало. — «Не могу понять.
Отселе вижу, что такое:
Во-первых (слушай, прав ли я?)
Простая, русская семья,
К гостям усердие большое,
Варенье, вечный разговор
Про дождь, про лен, про скотный двор...»

— Я тут еще беды не вижу.
«Да скука, вот беда, мой друг».
– Я модный свет ваш ненавижу;
Милее мне домашний круг,
Где я могу... — «Опять эклога!
Да полно, милый, ради бога...»

Итак, Онегин, который якобы мало сведущ в античной поэзии, употребляет слово «эклога», причем достаточно точно. Потому что эклогами называются произведения античного сентиментализма. Берусь доказать, что таковой существует. Но для начала просто оговорю, что и греческие, и латинские поэты сочиняли стихотворения, в которых воспевались некие идиллии, они же — более или менее аллегорические сцены из пастушьей жизни. Дело в том, что и жизнь в греческих античных городах, и, тем более, жизнь в великом Риме воспринималась тогдашним городским населением как аномалия. И это было естественно. Потому что от жизни, в которой городов вообще не было, это городское население отделяли вовсе не тысячелетия. А значит, городская жизнь была для них гораздо более аномальной, чем для современных москвичей или лондонцев.

Но разве москвичи или лондонцы не рвутся, так сказать, на пленэр, то бишь на дачки и дачищи, где они могут и цветочки понюхать, и на травке полежать, и так далее? Конечно, такие дачки и дачищи, очень похожие на римские виллы и виллочки — это еще не дикая природа, соединения с которой порою так алчет душа горожанина. Но разве наши современники (из числа тех же москвичей или лондонцев) не пытаются слиться с дикой природой, уезжая в те или иные туристические походы? Еще как пытаются! А есть еще всякие «Фонды дикой природы», провозглашающие, что только возврат к оной может спасти человечество (крайний вариант — Землю, освобожденную от человечества).

И всё это, конечно, является оформлением колоссального конфликта между природой и культурой. Под культурой я здесь понимаю нечто, создаваемое человеком в ответ на беспощадное господство над ним этой самой «Матушки-Природы». Это «нечто» сродни «цивилизованности», понимаемой именно как освобождение от природного фатума. Параллельно с этим существует еще и противостояние цивилизации как квинтэссенции технического начала — культуре как квинтэссенции начала иного, гуманитарного. Но здесь я говорю именно о конфликте природы и культуры, в широком смысле слова совпадающей или почти совпадающей с цивилизацией, понимаемой как вся искусственная среда человеческого обитания.

В разные эпохи человек восхищается цивилизацией и начинает ее проклинать. И проклиная — стремится снова слиться с природой. В античные времена были свои певцы такого слияния. Эти певцы, конечно же, выражали собственные умонастроения. Но ведь одновременно с этим они выступали в качестве выразителей неких коллективных умонастроений. А значит, они в поэтической форме оформляли те или иные масштабные конфликты. Разве Толстой, проповедуя возврат к природе, не оформлял в своих художественных и философских проповедях коллективные умонастроения? Ведь Ленин не зря назвал Толстого зеркалом русской революции.

А «Горе от ума», в котором Чацкий говорит семейству Платона Михайловича: «Деревня летом — рай!» А супруга Платона Михайловича резко противостоит этому буколическому подходу: «Платон Михайлыч город любит, Москву; за что в глуши он дни свои погубит!»

Да, одни оформляли умонастроения представителей господствующего класса — отодвинутых от власти или мечтавших слиться с природой на насквозь искусственных лужках и поляночках какого-нибудь Версаля. А другие оформляли умонастроения низов. Но одновременно с этим следует говорить и о чем-то большем. О некоей большой цикличности, в рамках которой те или иные большие общности то тоскуют по природному началу, то проклинают его.

Ну вот, я уже и доказал читателю, что сентиментализм, в широком смысле слова, не является культурным явлением, свойственным какой-то одной эпохе. Что сентиментализм, в широком смысле слова, может быть и античным, и средневековым, и ренессансным, и просвещенческим. И так далее.

Читать полностью. http://gazeta.eot.su/article/sudba-gumanizma-v-xxi-stoletii-17

Tags: Кургинян, газета «Суть времени»
Subscribe
promo eot_su february 26, 2015 13:13 43
Buy for 10 000 tokens
25 февраля — 40 дней со дня гибели наших товарищей. В этом номере газеты их последний бой и их самих вспоминают боевые друзья. памяти наших товарищей Игоря Юдина, Евгения Белякова и Евгения Красношеина, героически погибших при защите Донецка 17 января 2015 года Вольга, командир Отдельной…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments